Атомной отрасли не коснется объявленная правительством России отмена устаревших и избыточных нормативов — так называемая регуляторная гильотина. Почему принято это решение, как продвигается лицензирование новых реакторных технологий и нужно ли предъявлять к малым АЭС такие же строгие требования по безопасности, как к большим, рассказывает Рашет Шарафутдинов, заместитель директора Научно-технического центра по ядерной и радиационной безопасности (НТЦ ЯРБ, организация научно-технической поддержки Ростехнадзора).

— На XIV Международном ядерном форуме «Безопасность ядерных технологий: культура безопасности» вы сообщили, что регуляторная гильотина не коснется атомной отрасли. Почему?

— Отменять или кардинально изменять существующую систему требований по безопасности в области использования атомной энергии чрезвычайно опасно. В ней накоплен опыт еще с 1950-х годов. Если заново формулировать требования к безопасности объектов использования атомной энергии, можно многое упустить. Чтобы избежать снижения требований по безопасности к атомным объектам, правительство России приняло решение вывести нормативную базу по безопасности атомной промышленности из-под регуляторной гильотины.

— Предприятия «Росатома» разрабатывают наземные АЭС с модульными реакторами малой мощности РИТМ‑200 и быстрый реактор большой мощности БН‑1200. Лицензирование этих технологий уже началось?

— Что касается атомных станций малой мощности (АСММ) с РИТМ‑200, сейчас в НТЦ ЯРБ проводят анализ технических решений по безопасности, принимаемых разработчиком (ОКБМ им. Африкантова. — «СР»), на предмет соответствия требованиям. Сама процедура лицензирования начнется только после того, как в Ростехнадзор официально направят комплект документов, обосновывающих безопасность. По реактору БН‑1200 к нам документы пока не поступали.

— В мировой атомной отрасли сейчас обсуждают возможность смягчения требований к новым реакторным технологиям, особенно к реакторам малой мощности. Что вы думаете по этому поводу?

— Вопросы нормативного регулирования безопасности реакторных установок малой и средней мощности обсуждают как за рубежом, так и в России. Ростехнадзор участвует во многих мероприятиях МАГАТЭ по этой тематике, в том числе в Форуме органов регулирования по вопросам безопасности малых модульных реакторов. Кроме того, НТЦ ЯРБ проводит самостоятельные исследования. Я считаю, людям, живущим рядом с АЭС, все равно — малый реактор у них под боком или большой. В любом случае безопасность должна быть обеспечена. Есть целый ряд вопросов по безопасности АСММ, требующих решения, — ​применение концепции глубокоэшелонированной защиты, планирование зон защитных мероприятий в случае аварии, физическая защита, ремонтопригодность, обращение с радиоактивными отходами и др. Можно было бы применить к таким реакторам нормативную базу для исследовательских ядерных установок, как это сделали, например, в Канаде. Но разработчики АСММ с РИТМ‑200 решили принять за основу нормативную базу по безопасности атомных станций. Такой позиции придерживаются и участники упомянутого форума регулирующих органов.

— То есть к АЭС малой мощности будут применяться те же требования, что и к обычной АЭС. Вы считаете смягчение нормативных требований к АСММ невозможным?

— Смягчения требований не предполагается. Требования могут быть только дифференцированы, например, по уровню мощности реактора. Мы сейчас анализируем этот вопрос. Смотрим, что можно поменять, что нового внести в нормативную базу по АЭС. Есть еще вариант — разработать новые документы, а не корректировать существующую нормативную базу. Но пока мы находимся в самом начале пути. Рассматриваем все возможные варианты.

— В отрасли есть неофициальное мнение, что российская нормативная база регулирования безопасности объектов использования атомной энергии чрезмерно разрослась. А вы как считаете?

— Этот вопрос неоднократно поднимали специалисты «Росатома». Мы выполнили анализ нормативной базы целого ряда стран, стандартов безопасности МАГАТЭ и Агентства по ядерной энергии ОЭСР, проанализировали нормативную базу Франции, США и других стран и пришли к выводу, что Ростехнадзор находится в тренде. Концепция совершенствования нормативного правового регулирования и стандартизации в области использования атомной энергии и план ее реализации предусматривают, что к 2023 году должно быть всего 116 актуализированных и вновь разработанных норм и правил. В настоящее время вопрос о количестве норм и правил не обсуждается.

— Могут ли разрабатываться нормы и правила по безопасности, если аналогичных документов не разработано в МАГАТЭ?

— Да. Дело в том, что в России есть уникальные объекты использования атомной энергии, которых нет в других странах. Например, судовые ядерные установки, суда атомного технологического обслуживания, плавучая АЭС. Для таких объектов МАГАТЭ еще не разработало свои документы, а в России действуют соответствующие нормы и правила. Кроме того, разработан проект реакторной установки БРЕСТ-ОД‑300 со свинцовым теплоносителем. Мы взаимодействуем с конструкторами этой реакторной установки при разработке двух проектов федеральных норм и правил, регламентирующих требования по безопасности к этой установке. Таких документов в МАГАТЭ тоже еще нет.

— Как идет экспертиза безопасности реакторной установки БРЕСТ-ОД‑300?

— Результаты экспертизы безопасности этой реакторной установки рассматривали на профильной секции НТС Ростехнадзора. Сейчас Ростехнадзор в очередной раз получил дополнительные материалы, обосновывающие безопасность. Генеральный конструктор (НИКИЭТ. — «СР») дорабатывает документацию, так как по ней имеются серьезные вопросы и замечания. Разработчик выполнил большую работу, но пока у органа регулирования безопасности нет оснований для принятия решения, так как экспертиза безопасности не завершена.

Кроме того, одним из основных критериев для экспертизы безопасности этой установки должен быть свод норм и правил, а таковых в необходимом объеме нет. Разработчик установки дважды представлял проекты нормативных документов на рабочую комиссию Ростехнадзора, где решается, готовы ли проекты документов к открытой публикации и общественному обсуждению. Однако до сих пор комиссия не приняла такого решения, поскольку представленные проекты документов требуют доработки.

 

Источник: Страна РОСАТОМ, 11.11.2019

Самооценка культуры физической ядерной безопасности на установках и деятельности. Self-assessment of Nuclear security culture in facilities and activities. IAEA Nuclear Security Series No 28-T. Дата издания: сентябрь 2019 г.

МАГАТЭ разработало всеобъемлющую методологию оценки культуры ядерной безопасности. Эта методология, при условии применения лицензиатом, призвана содействовать укреплению  культуры ядерной физической безопасности. Кроме того, реализация методологии обеспечит применение передового опыта в области  разработки инструментов и проведения самооценки, интерпретации полученных результатов и разработки рекомендаций по укреплению культуры физической ядерной безопасности. В данной публикации впервые предлагаются практические рекомендации по оценке сильных и слабых сторон культуры физической ядерной безопасности на установке или в деятельности лицензиата. Методология разработана с учетом модели, принципов и критериев физической ядерной безопасности, сформулированных в руководстве по физической ядерной безопасности № 7 «Культура физической ядерной безопасности». Документ может также использоваться регулирующим органом в целях понимания методологии самооценки, используемой лицензиатом.

Источник: IAEA